Эта статья входит в число хороших статей

Полевик (мифология)

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
(перенаправлено с «Полевой (мифология)»)
Перейти к: навигация, поиск
Полевик, полевой
Ivan Bilibin 106.gif
И. Я. Билибин, Полевик. Рисунок 1936 года
дух-хозяин поля
Мифология: восточнославянская
Связанные персонажи: поляха, межевик, луговик
Иллюстрации на Викискладе?

Полеви́к[1], полево́й[2] (белор. паляві́к[3], укр. польови́к[4]) — дух-хозяин поля в мифологии восточных славян. Представления о полевике встречались редко, и, соответственно, дошедший до нас образ довольно смутен.[⇨]

Он описывается в основном как человекоподобное существо с отдельными животными, растительными и демоничными чертами, которого иногда сопровождает сильный ветер и искры или огоньки.[⇨] Обычно считалось, что на каждом поле должен быть один и единственный полевик, обитающий в различных неровностях рельефа. Время его активности чаще приходится на полдень или знойный день. Есть отрывочные представления о том, что полевик охранял поле, влиял на его плодородие и благополучие пасущегося на нём скота.[⇨]

В некоторых местах к полевому обращались с просьбой приглядеть за пасущейся скотиной, а кое-где ему приносили дары, чтобы он поблагоприятствовал хорошему урожаю. К человеку полевой относился в основном враждебно: мог напугать, сбить с дороги и даже убить, а также навредить скотине и посевам.[⇨]

К образу полевика примыкают образы редко упоминаемых луговика, межевика и его жены полевой хозяйки. У полевика есть много общего с полудницей, лешим и некоторыми другими мифологическими персонажами.[⇨] Полевик также является героем литературных сказок.[⇨]

Распространение мифа и наименования[править | править вики-текст]

Запечатлённый исследователями образ полевика довольно расплывчат, бледен и бесформен[5][6]. Народные поверья о полевом были значительно менее распространены, чем поверья о таких хозяевах мест как водяной, домовой или леший[6][1]. Былички и бывальщины о встрече с ним также редки[7][8]. Представления о полевых встречались далеко не везде[6], преимущественно в регионах, значительную часть территории которых занимали поля[6][2]. Упоминания о полевом зафиксированы в северо-западных и южных областях России (Вологодская, Ярославская, Новгородская, Смоленская, Орловская, Тульская, Рязанская, Калужская, Белгородская, Курская области), в северо-восточных областях Белоруссии (Витебская, Могилёвская области) и в некоторых областях Украины (Харьковская, Винницкая области)[1].

Названия духа однотипны и отражают его связь с полем: русские — полеви́к, полево́й, дедушко-полёвушко, дедко полевой (вологодское), полевой хозяин (ярославское), полевой батюшко (новгородское)[1]; белорусские — паляві́к, палявы́[3]; украинские — польови́к[4], польови́й чорт[1]. Помимо этого упоминаются названия житный дед[9] и вольно́й[10][11] (ярославское[11]).

Внешний облик[править | править вики-текст]

С. Т. Конёнков. Старичок-полевичок. 1910 год

Представления о внешнем виде полевика довольно разнообразны[7][1], хотя народная фантазия рисовала его в основном человекоподобным, но, наряду с другими славянскими мифическими персонажами, с животными и растительными чертами, а также признаками нечистой силы[4][12]. Его могли представлять как длинноногого мужичка, обросшего шерстью огненного цвета, с выпученными глазами, рожками, длинным хвостом с кисточкой на конце, бородой из колосьев[13][14][7][8][4][2]. Украинцы также считали, что у него уши как у телёнка[13][2], когти, большие зубы и крылья[13]. В Новгородской губернии думали, что полевой одет во всё белое[7][2][12], что он седой[3][1], также и на Украине представляли, что он весь белый как снег, или что он старик с белой бородой[2]. В Белоруссии полевика изображали в длинной одежде, в лаптях и с тростью в руках[3]. В Орловской губернии, напротив, его описывали как нагого, чёрного как земля человека с волосами-травой и разноцветными глазами[5][7][1] (олицетворение поля[6][7][1]). В быличках и бывальщинах полевой может принимать вид как молодого «здоровенного малого», так и маленького уродливого старичка, может прикинуться знакомым[15][7][4][2][3] или животным (например, быком или козлом[13]), может менять свой рост в зависимости от окружающей растительности[7][3][1]. Полевой умеет разговаривать по-человечески[5][15].

Считалось, что полевого сопровождает сильный порывистый ветер, вихрь[7][2][12]. Иногда ветреную погоду связывали с тем, что полевой дует или свистит[14][7][2][12]. Он может поднимать пыль кисточкой своего хвоста, чтобы стать незаметным[7][2][12]. Полевой связан и с огненной стихией, так в Ярославской губернии считалось, что он проносится на тройке по селу перед пожаром[7][10][12]. Полевой может перемещаться очень быстро, отчего человеку кажется, что он видит не его шкуру огненного цвета, а пролетающие искры[7][2][12]. Были также представления, что полевой днём выглядит как маленький человечек, а ночью — как мелькающий огонёк[10][2]. М. Н. Власова и, вслед за ней, Е. Л. Мадлевская считают, что полевик связан с «огнём (искрами пламени) и движением солнца, с полднем и временем летнего расцвета земли. Он персонифицированный полдневный свет и жар, способствующий росту хлебов, но оборачивающийся и пожаром»[7][12]. Е. Е. Левкиевская «соотносит этот персонаж с солярным культом»[1].

Образ жизни[править | править вики-текст]

Считалось, что полевой обитает в полях на пригорках, в оврагах, среди камней, валяющихся по краям поля, у межевых столбов и ям[13][7][1], у деревьев и кустарников посреди поля[16], иногда в лесу[8][1]. В Ярославской губернии его местообитанием считали также перекрёстки[7][12]. В Витебской губернии считали, что полевики не любят сырости и поэтому в половодье и во время дождей поднимаются на возвышенные места[16][3]. На Русском Севере было поверье, что у каждого поля должен быть собственный полевик, а в Орловской губернии — что в угодьях каждой деревни обитают по четыре полевика[5][1], в Витебской губернии, напротив, предполагали, что один полевик может хозяйствовать на полях нескольких смежных деревень, между которыми нет водных или лесных преград[16][15]. Согласно поверьям, полевой охраняет поле, влияет на его плодородие, цветение и урожай хлебов, благополучие пасущегося на поле скота[7][2][12], сторожит зарытые на нём клады[16][2][12]. В Белоруссии считали, что богатый урожай радует полевика, а неурожай — сердит[3].

По разным представлениям, полевого можно встретить или в полдень, или в очень жаркий день, или перед закатом, или лунной ночью[14][7][2][12], или в полночь[1]. Согласно украинским поверьям, полевого можно увидеть только тогда, когда он спит[13][2]. В Витебской губернии считали, что полевики активно общаются между собой, ходят друг к другу в гости, совместно пугают людей, перекликаются, особенно тихими ночами[16]. Полевой любит проноситься по меже на сером коне или тройке[7][2]. В Орловской губернии бытовало представление, что полевик изобрёл алкогольные напитки[14][7][1] (обычно это приписывается чёрту[14]).

Представления о происхождении полевых не отличаются от представлений о происхождении остальной нечистой силы[1]: это свергнутые Богом с небес ангелы из войска Сатанаила, упавшие на поля[4][1]. Согласно легенде из Винницкой области, полевые были чертями, которые свалились на поля с башни, построенной ими, чтобы сравняться с богом[1].

Полевик и человек[править | править вики-текст]

Образ полевика как хозяина поля размыт, лишь иногда он отчётливо соотносится с полем и полевыми работами[8][12]. На Русском Севере при выгоне скотины на пастбище к нему обращались с просьбой позаботиться о ней, а когда забирали её обратно, то благодарили за сохранность. Если пасущаяся скотина пропадала, то к полевому обращались с просьбой вернуть её, при этом ему приносился дар, который кидали через правое плечо, — кусок хлеба и три копейки[7][8][2][12]. Чтобы обеспечить благосклонность полевика, ему могли приносить небольшие жертвы, так, в Орловской губернии зафиксирован обычай оставлять накануне Духова дня в поле около рвов пару яиц и украденного у соседей безголосого петуха[5][7][1]. Существовали поверья, что во время жатвы полевики убегают от серпа и прячутся в тех колосьях, которые остались на ниве несжатыми, пока в конце концов не оказываются в последнем дожатом снопе, который играл у крестьян ритуальную роль[9][17][18]. В Вологодской и Ярославской губерниях по окончании жатвы для полевика оставляли горсть несжатых колосьев[7][12][1]. По мнению В. А. Василевича, представление о полевике как о покровителе плодородия отразилось в белорусских народных орнаментах из квадратов, прямоугольников, восьмигранников и ромбов[3].

Согласно народным представления, полевой в целом враждебен по отношению к человеку и опасен для него[7][2][12]. Он, подобно лешему, может сбивать с дороги, заводя в болото или реку[7][2][12] (где иногда топит[5][7]), заставляет блуждать[7][2][12], укладывает спать на куче камней или сельскохозяйственных отходов или в грязи[16]. Особенно часто его жертвами становились те, кто ругается на поле[7], пьяные пахари и собирающие полевые цветы дети[16][1]. Не понравившихся людей полевой пугает громкими эхом, свистом[7][2][12] и хлопаньем в ладоши[7][2], неразборчивым пением[7], огромной тенью, как будто гонящейся за человеком[16][2], мелькающими искрами[7][12], кидается головешками[7]. Однако, в Новгородской губернии считали, что полевик хоть и «пугает, но не трогает»[7].

Считалось, что полевой мог наслать на человека солнечный удар, лихорадку и другие тяжёлые болезни, в частности на тех, кто ложится спать в поле на солнцепёке, особенно в полдень[16][7][2], или на тех, кто засыпает в поле перед закатом[7][12]. Запрещалось спать на меже, так как спящего мог задавить конём, отстегать плетью или забрать с собой полевой или задушить его дети межевички[7][12][1]. Полевого было легко рассердить, что проявлялось в том, что он мучил скот (насылал на него кровососущих насекомых и болезни, «пролетая» в его уши)[16][1] и даже губил его[7], портил посевы (приваливал и скручивал растения, насылал на них вредителей и приманивал скотину, отводил дождь, сеял сорняки), разрушал изгороди на полях[16][1]. В Витебской губернии утверждали, что хотя полевики почти бездействуют зимой, иногда они сходятся, чтобы запорошить дороги, занести снегом канавы и рытвины, в которые потом может угодить человек, «водить» путника, пока он не замёрзнет до смерти[16]. Рассказывали также, что полевой может сесть в сани, так что лошадь не может их везти[10]. В Смоленской губернии указывали, что полевой насылает «нездоровые ветры»[14]. Увидеть или услышать полевого считалось дурной приметой[7][2][12]. Впрочем, как отмечает С. А. Токарев, поле несло для крестьянина гораздо меньше опасностей, не считалось враждебной стихией, в связи с чем и редки упоминания об агрессивном духе полей[6]. Против полевика, как и остальной нечисти, может помочь молитва[19].

Но есть истории, в которых полевой предупреждает человека об опасности, например грядущей грозе[7][2], полевая помогает заблудившемуся найти дорогу (Кубань)[20]. В Белоруссии существовала легенда, рассказывающая о том, как два голодных путника попросили у полевика хлеба, но он поделился только с тем, у которого были трудовые мозоли на руках. Белорусы обращались к полевому царю / хозяину в заговорах от различных болезней и прочих напастей[3].

Родственные и схожие персонажи[править | править вики-текст]

Народное воображение иногда наделяло полевика женой — поля́хой, полевой хозяйкой, полевой матушкой и детьми[7][12]. Упоминания полевой хозяйки отрывочны и чаще встречаются в паре с упоминанием полевого в почтительных обращениях[7][1]. Зафиксировано представление о ней как о маленьком уродливом человечке и единичное отождествление её с птицей[7][8][1]. В разных губерниях был популярен сюжет о встрече крестьянки в поле с умирающей поляхой или полевым, которые просили передать об их смерти домовой или домовому[5][7][1]. Детьми полевиков иногда считали межевичков и луговичков, которые бегали по межам, ловя птиц в пищу себе и родителям[5][7][12]; но в других местностях они рассматривалась как самостоятельные персонажи, связанные с соответствующими названию местами[12].

Близок к полевику лугови́к — дух луга, упоминания о котором очень редки. В Тульской губернии луговиков представляли мохнатыми и обитающими в норах, считалось, что они насылают болезни на тех, кто спит на поле в полдень и перед закатом[21][22][12].

Близким полевику духом является также редко упоминаемый межеви́к, межево́й, межник (гомельское), который обитает на границе поля — меже — и иногда может рассматриваться как самостоятельный персонаж[23][24][1]. В Орловской губернии его представляли в виде старичка с бородой из колосьев[14][15][23][24]. В качестве дара ему приносили кутью из зёрен первого сжатого снопа[23][7][24][12]. Считалось, что на меже нельзя строить дом, так как межевой не даст спокойно жить, впервые это поверье упоминается уже в XVII веке[23].

Ряд общих признаков с полевиком имеет полудница — персонификация полдня как опасного для человека пограничного времени суток: связь с полем, полднем, солнечным жаром, ветром, вихрем, враждебность к человеку, принуждение его блуждать, белые одежды[6][14][15][7][1]. Э. В. Померанцева считала даже, что их можно рассматривать «как две ипостаси — мужскую и женскую, единого представления о полевом духе»[14].

В ряде регионов (Новгородская, Ярославская, Смоленская, Вологодская области) представления о полевике смешивались с представлениями о лешем: рассказывали, что он, подобно лешему, живёт в лесу, заводит в лес, «песни поёт», «водит» людей, «всяким может показаться: и молоденьким, и старым, даже знакомым человеком»[7][10][8][1], ковыряет лапти (Рязанская губерния)[15]. Такое смешение, вероятно, было вызвано расположением полей среди лесов и тем, что защитниками скотины считались как полевые, так и лесные духи[7][8]. Н. А. Криничная предполагает отделение полевого от лешего в процессе отхода людей от подсечно-огневого земледелия (обособления поля от леса) и повторное слияние с ним при растворении мифологической традиции[25].

Сходство с полевиком имеют сидящий в кукурузе житной дед и украинская залізна баба[uk] и зооморфные духи пашни в облике козла, быка и др.[15]. В некоторых описаниях внешнего вида полевого присутствуют явные атрибуты чёрта: шерсть, рожки, хвост[8][1]. Защита полей от различных мистических сил сближает полевика с русалками, которые появляются в цветущем жите. В быличках об утоплении людей полевик напоминает водяного. В Орловской губернии образ полевика был близок образу домового, его даже называли «полевым домовым»[15]. Помимо указанных персонажей в поле могут появляться ряжица и кудельница[15].

Полевой не стал в народных представлениях полноправным хозяином поля, вероятно, потому, что вплоть до начала XX века крестьяне одушевляли и почитали как дарующую урожай саму землю, поле, кроме того, его образ был подавлен такими покровителями поля и дарителями плодородия как Богородица и святые Илья и Николай[7], к тому же в лесных местностях покровителем полей нередко становился леший[6][7].

Поверья о полевых духах характерны, помимо восточных славян, для немецкого, литовского[17][15], удмуртского (лудмурт) и других народов.

В художественных произведениях[править | править вики-текст]

Полевик наряду с другими мифологическими персонажами стал героем ряда литературных сказок, основанных на славянском фольклоре[26]. Например, в сказке Н. С. Лескова «Час воли божией» (1890) старик Полевик один из трёх древних пустынников, которые, отжив своё, уже долгие годы живут только тем, что молятся за царство, в котором они живут; он закопал себя «в землю по пояс и терпит, как его гложет сыпучий червь, а сам кушает только козявочек, которые сами ему в рот вползут»[27]. А в сказке А. Н. Толстого «Полевик» (1909, цикл «Русалочьи сказки») заглавный герой длинный, соломенный, ноги тонкие, он напоминает старого ворчливого деда, который заботится, чтобы люди не ленились — ведь рожь ещё не домолочена, он тоскует среди голого поля и ложится на зиму в канаву, где его заносит снегом[28].

Примечания[править | править вики-текст]

  1. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 Полевик / Е. Е. Левкиевская // Славянские древности: Этнолингвистический словарь : в 5 т. / Под общей ред. Н. И. Толстого; Институт славяноведения РАН. — М. : Международные отношения, 2009. — Т. 4: П (Переправа через воду) — С (Сито). — С. 138–139. — ISBN 5-7133-0703-4, 978-5-7133-1312-8.
  2. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 Левкиевская Е. Е. Полевой // Мифы русского народа. — М.: Астрель, АСТ, 2000. — С. 351—354, 501. — 528 с. — 10 000 экз. — ISBN 5-271-00676-X, ISBN 5-17-002811-3.
  3. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 Палявік / У. А. Васілевіч // Беларуская міфалогія: Энцыклапедычны слоўнік. — Мн.: Беларусь, 2004. — С. 360—361. — 592 с. — ISBN 985-01-0473-2.  (белор.)
  4. 1 2 3 4 5 6 Демонології української символіка: Польовик / Л. Е. Довбня // Енциклопедичний словник символів культури України / За заг. ред. В. П. Коцура[uk], О. І. Потапенка[uk], В. В. Куйбіди. — 5-е вид.. — Корсунь-Шевченківський: ФОП В. М. Гавришенко, 2015. — С. 212. — 912 с. — ISBN 978-966-2464-48-1.  (укр.)
  5. 1 2 3 4 5 6 7 8 Максимов С. В. Полевой // Нечистая, неведомая и крестная сила / Этнографическое бюро князя В. Н. Тенишева. — СПб.: Товарищество Р. Голике и А. Вильборг, 1903. — С. 78—80. — 530 с.
  6. 1 2 3 4 5 6 7 8 Токарев С. А. Полевик и полудница // Религиозные верования восточнославянских народов XIX — начала XX века / Отв. ред. С. И. Ковалёв. — 2-е изд. — М.: Либроком, 2012. — С. 84. — 168 с. — (Академия фундаментальных исследований: этнология). — ISBN 978-5-397-02283-5.
  7. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 Власова М. Н. Полевик // Энциклопедия русских суеверий. — СПб.: Азбука-классика, 2008. — 622 с. — 15 000 экз. — ISBN 978-5-91181-705-3.
  8. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 Черепанова О. А. Очерк традиционных народных верований Русского Севера (комментарии к текстам): Народная демонология: Прочие персонажи // Мифологические рассказы и легенды Русского Севера. — СПб.: Издательство СПбГУ, 1996. — С. 155—156. — 212 с. — ISBN 5-288-01444-2.
  9. 1 2 Коринфский А. А. Хлеб насущный // Народная Русь (Круглый год сказаний, поверий, обычаев и пословиц русского народа). — М.: Издание книгопродавца М. В. Клюкина, 1901. — С. 22-23.
  10. 1 2 3 4 5 Новичкова Т. А. Полевой // Русский демонологический словарь. — СПб.: Петербургский писатель, 1995. — С. 463—464. — 640 с. — 4100 экз. — ISBN 5-265-02803-X.
  11. 1 2 Власова М. Н. Вольная, Вольная старуха, Вольный // Энциклопедия русских суеверий. — СПб.: Азбука-классика, 2008. — 622 с. — 15 000 экз. — ISBN 978-5-91181-705-3.
  12. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 Мадлевская Е. Л. Низшая мифология: Полевик // Русская мифология. Энциклопедия. — М.: Эксмо, Мидгард, 2005. — С. 337—340. — 784 с. — 5000 экз. — ISBN 5-699-13535-6.
  13. 1 2 3 4 5 6 Гнатюк В. М. Останки передхристіянського релїгійного світогляду наших предків: Полевик // Етноґрафічний збірник (укр.). Т. XXXIII. Знадоби до української демонольоґії, т. II, випуск 1. — Львів: Друкарня Наукового товариства ім. Т. Шевченка, 1912. — С. XXI.  (укр.)
  14. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 Померанцева Э. В. Межэтническая общность поверий и быличек о полуднице // Славянский и балканский фольклор: Генезис. Архаика. Традиции / Институт славяноведения и балканистики АН СССР. — М.: Наука, 1978. — С. 146—147. — 1950 экз.
  15. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 Полевик / Н. И. Толстой // Славянская мифология. Энциклопедический словарь / Институт славяноведения РАН. — 2-е изд., испр. и доп.. — М.: Международные отношения, 2002. — С. 376—377. — 512 с. — ISBN 5-7133-1069-8.
  16. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 Никифоровский Н. Я. Полевики // Нечистики. Свод простонародных в Витебской Белоруссии сказаний о нечистой силе. — Вильна: Н. Мац и Ко, 1907. — С. 66-68. — 103 с.
  17. 1 2 Полевик // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона : в 86 т. (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1890—1907.
  18. Смирнов Ю. И. Полевик // Славянские мифы. — СПб.: Паритет, 2009. — С. 138—142. — 222 с. — ISBN 978-5-93437-232-4.
  19. Гордеева Н. А. Указатель сюжетов быличек и бывальщин Омской области (1978/1984 гг.). ruthenia.ru. Проверено 19 марта 2016.
  20. Сартаева Л. И. Языческие элементы в региональной (кубанской) культуре // Альманах современной науки и образования. — 2015. — № 1 (91). — С. 100. — ISSN 1993-5552.
  21. Власова М. Н. Луговик // Энциклопедия русских суеверий. — СПб.: Азбука-классика, 2008. — 622 с. — 15 000 экз. — ISBN 978-5-91181-705-3.
  22. Новичкова Т. А. Луговики // Русский демонологический словарь. — СПб.: Петербургский писатель, 1995. — С. 355. — 640 с. — 4100 экз. — ISBN 5-265-02803-X.
  23. 1 2 3 4 Власова М. Н. Межевик // Энциклопедия русских суеверий. — СПб.: Азбука-классика, 2008. — 622 с. — 15 000 экз. — ISBN 978-5-91181-705-3.
  24. 1 2 3 Новичкова Т. А. Межевой // Русский демонологический словарь. — СПб.: Петербургский писатель, 1995. — С. 365. — 640 с. — 4100 экз. — ISBN 5-265-02803-X.
  25. Криничная Н. А. Леший: тотемические истоки и полисемантизм образа // Русская мифология: Мир образов фольклора. — М.: Академический проект; Гаудеамус, 2004. — С. 249, 265, 272. — 1008 с. — (Summa). — ISBN 5-8291-0388-5, ISBN 5-98426-022-0.
  26. Запрос «полевик». Google Книги. Проверено 19 марта 2016.
  27. Кононенко О. А.[uk]. Нижчі міфологічні персони і духи: Польовик // Українська міфологія та культурна спадщина: міфологічні уявлення, вірування, обряди, легенди та їхні відлуння у фольклорі і пізніших звичаях українців, братів-слов’ян та інших народів. — Харків: Фоліо, 2011. — С. 220—221. — 713 с. — ISBN 978-966-03-6093-8.  (укр.)
  28. Гжись Х. Между фольклором и художественной литературой: Сорочьи и Русалочьи сказки А. Н. Толстого // Проблеми сучасного літературознавства. — 2015. — № 20. — С. 109. — ISSN 2312-6809.

Литература[править | править вики-текст]

Обзорная литература на русском языке

Обзорная литература на других языках

Подборки мифологических рассказов