Сталинизм

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск
РСДРП — РСДРП(б) — РКП(б) —
ВКП(б) — КПСС

История партии
Октябрьская революция
Военный коммунизм
Новая экономическая политика
Ленинский призыв
Сталинизм
Хрущёвская оттепель
Период застоя
Перестройка

Партийная организация
Политбюро
Секретариат
Оргбюро
Центральный Комитет
Обком
Окружком
Горком
Райком
Партком

Руководители партии
Владимир Ленин
Иосиф Сталин
Никита Хрущёв
Леонид Брежнев
Юрий Андропов
Константин Черненко
Михаил Горбачёв

Устав
Съезды партии
Конференции партии
ВЛКСМ
Правда
Ленинская гвардия
Оппозиции в ВКП(б)
Большой террор
Антипартийная группа
Генеральная линия партии

Русская партия
Евсекция

Сталини́зм — тоталитарная политическая система в СССР в конце 1920-х — начале 1950-х годов и лежавшая в её основе идеология. Сталинизм характеризовался господством авторитаризма, усилением карательных функций государства, сращиванием государственных органов и господствовавшей Коммунистической партии, жёстким идеологическим контролем за всеми сторонами жизни общества. Ряд исследователей считают сталинизм одной из форм тоталитаризма.

Общая характеристика[править | править вики-текст]

Когда моя любимая девушка родит мне ребёнка, первое слово, которому я его научу, будет — Сталин.

Из выступления писателя А. Авдеенко на Всероссийском и Всесоюзном съезде Советов, 1935 год[1]

Историк, социолог, политолог и правовед А. Н. Медушевский называет идеологию сталинизма выражением социального конструктивизма, ведущего своё происхождение от Просвещения и Французской революции XVIII века. Он указывает, что сталинизм как идеология основывался на механистической концепции мира и на представлении о возможности его изменения с позиций Разума посредством революции, которая, в свою очередь, рассматривалась как конструирование новой социальной реальности без учёта исторической традиции и цены вопроса. Именно такой подход обусловил масштабы сталинской программы модернизации и логику социальных процессов[2].

Формирование сталинизма как тоталитарной системы власти и идеологии обычно связывают с фактическим завершением внутрипартийной борьбы за власть, окончательным разгромом всех оппозиционных течений и началом «большого скачка» — взятым в конце 1920-х годов курсом на форсированную индустриализацию и насильственную сплошную коллективизацию сельского хозяйства для осуществления модернизационного проекта колоссальных масштабов — перехода от традиционного аграрного общества к индустриальному, — что потребовало всемерной мобилизации внутренних ресурсов, сверхцентрализации экономической жизни и, в конечном счёте, привело к формированию в СССР целостной командно-административной системы. В 1930-е годы в условиях утверждения монополии на мысль, создания культа вождя, образа врага и массовых репрессий произошло окончательное утверждение режима личной власти Сталина и перерождение партии в структуру командно-административной системы управления[3].

Согласно выводам главного специалиста Госархива О. Хлевнюка[4], сталинизм (по выражению автора, сталинская диктатура) представлял собой крайне централизованный режим, который опирался прежде всего на мощные партийно-государственные структуры и формирование прагматичных стратегий. Из архивных материалов следует, что Сталин был не просто символом режима, а лидером, который принимал принципиальные решения и был инициатором всех сколько-нибудь значимых государственных мер[4]. Каждый член Политбюро должен был подтверждать своё согласие с принятыми Сталиным решениями, в то же время ответственность за их исполнение Сталин перекладывал на подотчётных ему лиц[5]. При этом сам процесс принятия решений был закрытым. Из принятых в 1930—1941 гг. постановлений Политбюро менее 4 тыс. были публичными, более 28 тыс. — секретными, из них 5 тыс. настолько секретными, что о них было известно только узкому кругу посвящённых[6].

Как отмечает в своей работе В. Б. Чистяков, командно-административная система как «чрезвычайная система» общественной организации позволяла «сконденсировать» избыточную социально-психологическую энергию народа, направив её на решение ключевых задач. При этом мощное политико-идеологическое давление было призвано компенсировать слабость материального стимулирования. Экономика страны полностью огосударствлялась, партия окончательно сливалась с государством, а государство идеологизировалось. Каждый член общества вовлекался в иерархическую систему идеологизированных организаций (пионерская организация, комсомол, профсоюзы и др.), через которые осуществлялось партийно-государственное руководство. Функции по распоряжению огосударствленной собственностью и политическая власть оказались отчуждены от подавляющего большинства социума в пользу партийно-государственного аппарата и лично Сталина[3]. Советская иконография зафиксировала новую социальную иерархию в соответствии с новой системой ценностей: авангард (партийные вожди) были отделены от массы[2]. Население поддерживалось в постоянной мобилизационной готовности при помощи массированных пропагандистских кампаний, волн массового террора, показательных судебных процессов над «врагами народа»[3].

Анализ решений Политбюро, проведённый специалистами Гуверовского института Полом Грегори и Марком Харрисоном, показал[5], что их главной целью была максимизация фонда накопления — разности между объёмами производства продукции и её потребления. Сверхцентрализация ресурсов на направлениях, признанных ключевыми, требовала сверхущемления интересов других секторов, что постоянно создавало опасность социальных протестов. Для того, чтобы пресечь такую возможность, в стране была создана мощная разветвлённая карательно-осведомительная система[3]. С другой стороны, рост валового накопления в экономике приводил к столкновению между различными административными и региональными интересами за влияние на процесс подготовки и исполнения политических решений. Конкуренция этих интересов отчасти сглаживала деструктивные последствия гиперцентрализации[4].

Как пишет А. Н. Медушевский, ключевыми параметрами проекта модернизации (строительства нового общества) стали:

  • создание новой информационной картины мира и социально-психологической ситуации путём внедрения мобилизационной идеологии;
  • унификация социальной структуры;
  • подавление социальных и национальных противоречий там, где они представляют опасность для целей системы;
  • создание политического режима, способного осуществлять эти цели вопреки сопротивлению общества и даже части элиты[2].

По определению А. Н. Медушевского, изменение информационной картины мира привело к «переформатированию социума по таким основополагающим координатам, как пространство, время и смысл существования индивида».

«Узурпация географического пространства» выразилась прежде всего в его сворачивании, изоляции от внешнего мира. В сознание населения внедрялись идеологизированные представления о географических границах системы и их расширении — концепцию «мировой революции» сменило «построение социализма в одной отдельно взятой стране», которую, в своё время, заменил «мир социализма» («мировая социалистическая система»). Одновременно было фактически реализовано стремление к воссозданию исторических границ бывшей Российской империи. Внутреннее пространство использовалось для осуществления идеологических целей режима — высылка «врагов» на необжитые земли, в Сибирь, на Крайний Север и Дальний Восток, в голые степи Казахстана как своего рода продолжение освоения новых территорий, создание новых городов на окраинах страны, «преобразование природы» через создание каналов и искусственных водохранилищ[2].

«Узурпация временно́го пространства» ставила своей целью вытеснение подлинной исторической памяти ради создания иллюзорной картины светлого коммунистического будущего, разрыв исторической преемственности — с одной стороны, уничтожение нежелательных воспоминаний, а с другой — восстановление той части истории, которая становилась полезной системе в изменившихся условиях (так, во время Великой Отечественной войны были восстановлены русские военные традиции, ослаблены антирелигиозные ограничения ради укрепления легитимности режима). Отличительной характеристикой сталинизма, как и других тоталитарных режимов, стало переписывание, фальсификация российской и мировой истории, а впоследствии — и радикальный пересмотр истории российского революционного движения[2].

Смысл существования человека, согласно сталинской идеологии, состоит в борьбе за переустройство общества по предначертаниям партии. Большевизм изначально отличался резко выраженной антирелигиозной направленностью. Коммунистические режимы и в самой России, и позднее в странах Центральной и Восточной Европы рассматривали церковь как основного конкурента в борьбе за умы людей и, в конечном счёте, за власть. Системе ценностей, основанной на религиозной вере, сталинизм противопоставил принципиально новую рационалистическую систему ценностей, представлений о жизни и смерти, добре и зле, этике и морали, которые должны были способствовать строительству нового общества и воспитанию «нового человека». Уничтожение оппонентов и, как минимум, длительная изоляция и «перевоспитание» сомневающихся при этом рассматривались как наиболее эффективные методы «ресоциализации», формирования «нового человека»[2]. Хорошо известно, например, высказывание Бухарина о том, что «пролетарское принуждение во всех его формах, начиная от расстрелов и кончая трудовой повинностью, является, как ни парадоксально это звучит, методом выработки коммунистического человеческого материала капиталистической эпохи»[7]. Как пишет А. Н. Медушевский, сталинизм «отличало стремление установить тотальный контроль над индивидом, цель состояла в его полной ресоциализации, а методы определялись стремлением получить послушное орудие диктатуры». В результате такого сталинского социального конструирования в обществе возобладали отказ от религиозной ценности жизни и смерти, культ революционного насилия и произвола, подавление прав личности, информационная агрессивность, фатализм и пассивность. Социально поощряемыми нормами поведения стали общественная апатия, социальный инфантилизм, отрицание индивидуального вклада, эгоизм и зависть, недоверие к полноценному труду, агрессия, страх, поощрение доносов, лицемерие[2].

Сталинизм и ленинизм[править | править вики-текст]

«Мы все говорим ленинизм, ленинизм», — по свидетельствам, заметил как-то Каганович на даче Сталина, — «но Ленин умер много лет назад. Сталин сделал больше, чем Ленин, и мы должны говорить о сталинизме. Мы наговорились о ленинизме».

Дж. Дэвлин. Миф о Сталине: развитие культа. // Труды «Русской Антропологической школы»: Вып. 6. М.: РГГУ, 2009, с. 213-240

Как отмечает Олег Хлевнюк, и ранее восторженно-оптимистические в оценках Сталина и его деяний, в 1935-1936 гг. письма Кагановича превратились в неуемно льстивые и нелепые панегирики: "То что происходит, например, с хлебозаготовками этого года — это совершенно небывалая ошеломляющая наша победа — победа Сталинизма", - отмечал он в одном из них[8].

Большинством правых и некоторыми левыми критиками сталинизм рассматривается как логическое продолжение политики В. И. Ленина[9]. Однако среди левых критиков, в том числе марксистов (особенно среди живших в социалистических странах), включая неомарксистов, троцкистов и т. д. весьма популярна «теория прерванной связи» (англ. discontinuity theory), согласно которой сталинизм был извращением политики Ленина, которая была более гибкой и учитывала интересы более широких социальных кругов. Сторонииками последней были Л. Д. Троцкий, Р. Такер, Р. А. Медведев, Г. С. Лисичкин и другие.

Стивен Коэн пишет, что первым предложил называть сталинскую политику "сталинизмом, а не марксизмом и даже не ленинизмом" американский журналист Уолтер Дюранти, ссылаются на серию его корреспонденции в газете «The New York Times» за июнь 1931 года[10].

По выдвинутому Л. Троцким его знаменитому тезису, сталинизм является не завершением большевизма, а его "термидорианским отрицанием" и "предательством"[10].

Сталинизм и марксизм[править | править вики-текст]

Существует мнение, что Сталин, оставаясь на словах марксистом, на практике заменил марксизм традиционным русским национализмом и империализмом[11]. Идеалы интернационализма, равенства и социальной справедливости, которым, пусть на словах, следовали большевики, Сталин заменил империализмом и государственным диктатом во всех сферах жизни[11].


Сталинизм и анти-сталинизм[править | править вики-текст]

В своей монографии «Переосмысление сталинизма» историк Генри Рейхман[12] подвергает анализу различные перспективы применения термина сталинизм: «В свойственном исследователям применении понятие „сталинизм“, описываемый здесь как движение, является экономической, политической или социальной системой, в других случаях — типом политической деятельности или системой взглядов и убеждений…» Он ссылается на исследование историка Стивена Коэна, в котором тот подвергает пересмотру историю СССР после правления Сталина как «продолжающееся напряжение между анти-сталинским реформизмом и про-сталинским консерватизмом», отмечая, что такая характеристика требует ясного определения сталинизма. Однако Коэн оставляет неописанными фундаментальные черты сталинизма.[13]

Сталинистские режимы в других государствах[править | править вики-текст]

Иногда термин «сталинизм» используется для характеристики стран, политическая система которых во многом напоминала политическую систему СССР времён Сталина (например, режимов Ким Ир Сена и Ким Чен Ира в КНДР, Хо Ши Мина и Ле Зуана во Вьетнаме, Энвера Ходжи в Албании, Николае Чаушеску в СРР и др.), а также политических партий, являющихся сторонниками подобной политической системы. Представителями некоторых течений марксизма (например, троцкистами) термин «сталинизм» используется для обозначения политической системы и идеологии, существовавшей в СССР и других социалистических странах как при Сталине, так и в последующий период до распада СССР.

Оценка сталинизма в Европе[править | править вики-текст]

В июле 2009 года Парламентская ассамблея ОБСЕ вынесла резолюцию, в которой приравняла преступления сталинизма в СССР к преступлениям нацистского режима в Германии[14].

Резолюция, названная «Воссоединение разделенной Европы», подчеркивает, что оба тоталитарных режима нанесли серьёзный ущерб Европе, в обоих режимах наблюдались проявления геноцида и преступления против человечества.

Одним из призывов резолюции ОБСЕ к государствам-участникам, является прекращение восхваления тоталитарных режимов, включая проведение публичных демонстраций в ознаменование нацистского или сталинистского прошлого, а также открытие исторических и политических архивов.[15]

В ответ Россия выступила с резким осуждением этого решения ОБСЕ, заявив, что данная резолюция, фактически уравнивающая сталинский режим и нацизм, искажает историю.

«Считаем недопустимым тот факт, что в резолюции ПА ОБСЕ делается попытка искажения истории в политических целях, и это не способствует созданию атмосферы доверия и сотрудничества между государствами-участниками этой организации», — заявил официальный представитель МИД России.[16].

Официальная оценка в СССР / России[править | править вики-текст]

"«Сталинизм» — это «понятие, придуманное противниками коммунизма, и <оно> широко используется для того, чтобы очернить Советский Союз и социализм в целом.» (Михаил Горбачев, 1986 год)[17].

В дальнейшем, по мере развития Гласности, в прессе и прочих СМИ была развернута широкая кампания по освещению и критике сталинизма (тема, до тех пор наглухо закрытая для советских СМИ) и связанных с ним явлений.

В 1989 году термин сталинизм получает юридическое закрепление в советском законодательстве: в Указе Президиума Верховного Совета СССР от 16.01.1989 г. «О дополнительных мерах по восстановлению справедливости в отношении жертв репрессий, имевших место в период 30 — 40-х и начала 50-х годов» говорилось: «Осудить внесудебные массовые репрессии периода сталинизма…»[18].

Д. А. Медведев в интервью газете «Известия», которое он дал накануне празднования 65-й годовщины победы в Великой Отечественной войне, в частности, отметил, что нельзя простить преступления, совершённые Сталиным против своего народа. Он обратил внимание на тот факт, что у большинства людей в мире «фигура Сталина не вызывает никаких тёплых эмоций»[19]. Д. А. Медведев заявил: «Победа в Великой Отечественной войне — заслуга народа, а не Иосифа Сталина и военачальников». Он особо выделил то, что в России нет места для символики сталинизма: «Каждый вправе на собственные оценки, но это не должно влиять на оценку государства. Я не вижу в стране места для символики сталинизма.»[19]

Ни в коем случае нельзя говорить о том, что сталинизм возвращается в наш быт, что мы используем символику, что мы собираемся использовать какие-то плакаты, ещё что-то делать. Этого нет и не будет. Это абсолютно исключено. И в этом, если хотите, нынешняя государственная идеология и моя оценка как президента.

— Д. А. Медведев[20]

Оценка политиков и политологов России[править | править вики-текст]

Сталин — великая историческая личность. Под его руководством советский народ с огромным напряжением всех своих сил и ресурсов построил государство нового типа, выдержал схватку с вероломным врагом и добился победы в Великой Отечественной войне. Он возглавил работу по организации устойчивого подъёма экономики, развитию культуры и науки, улучшению условий жизни людей. Под руководством И. В. Сталина СССР вышел на уровень мировой державы. Его роль и заслуги перед народом нашей страны неоспоримы. Опыт эпохи Сталина и всего советского периода даёт основание сделать вывод о необходимости смены системы управления и перспективности социалистического пути развития страны.

Геннадий Зюганов[21]

Как подчёркивает профессор факультета политологии МГУ Сергей Черняховский, большинство современных россиян, которые поддерживают Сталина, одновременно осуждают репрессии[22].

См. также[править | править вики-текст]

Примечания[править | править вики-текст]

  1. Сын отвечает за отца // Известия, 28.08.2008
  2. 1 2 3 4 5 6 7 Медушевский А. Н. Сталинизм как модель // Вестник Европы, 2011, т. XXX. С. 147-168
  3. 1 2 3 4 Чистяков, 2007, с. 101
  4. 1 2 3 См. обзор: Khlevniuk O. Stalinism and the Stalin Period after the «Archival Revolution» // Kritika: Explorations in Russian and Eurasian History. 2001. Vol. 2, No. 2. P. 319. DOI:10.1353/kri.2008.0052
  5. 1 2 Gregory P., Harrison M. Allocation under Dictatorship: Research in Stalin’s Archives // Journal of Economic Literature. 2005. Vol. 43. P. 721. [1] (англ.)
  6. Davies R. W. Making Economic Policy // Behind the Façade of Stalin’s Command Economy: Evidence from the State and Party Archives / Ed. P. R. Gregory. Standford: Hoover Institution Press, 2001. P. 61-80.
  7. Бухарин, Н. И. Экономика переходного периода // Бухарин Н. И. Проблемы теории и практики социализма. — М., 1989, с. 139
  8. Политбюро. Механизмы политической власти в 30-е годы
  9. См., например, Отто Рюле. «Борьба с фашизмом начинается с борьбы против большевизма»
  10. 1 2 libr
  11. 1 2 «From cold war to hot war» // The Economist, Feb 14th 2015
  12. Henry Reichman  (англ.)
  13. Reichman, Henry. "Reconsidering 'Stalinism'. Theory and Society Volume 17, Number 1. Springer Netherlands. January 1988. Pp. 57-89.  (англ.)
  14. Газета Коммерсант, ОБСЕ приняла резолюцию против сталинизма и нацизма
  15. Резолюция ПА ОБСЕ «Воссоединение разделенной Европы»
  16. Резолюция ПА ОБСЕ о сталинизме искажает историю — МИД РФ.
  17. Ответы М. С. Горбачева на вопросы газеты Юманите // Правда, 1986 года 8 февраля. Цит. по [2]
  18. Указ Президиума ВС СССР от 16.01.1989 "О дополнительных мерах по восстановлению справедливости в отношении жертв репрессий, имевших место в период 30 - 40-х и начала 50-х годов". bestpravo.ru. Проверено 29 ноября 2013.
  19. 1 2 Коммунисты установили бюст И.Сталина в Тамбове :: Политика :: Top.rbc.ru
  20. Медведев: "Преступлениям Сталина против собственного народа нет прощения"
  21. Зюганов, Г. А. Эпоха Сталина: цифры, факты, выводы. — 2010.
  22. Политолог Сергей Черняховский о причинах роста популярности советского вождя: Библиотека: Lenta.ru

Литература[править | править вики-текст]

на русском языке
на других языках
Взгляды современников на СССР при Сталине

Ссылки[править | править вики-текст]